Let's fall apart together now ©
На первом курсе у меня был преподаватель по литературоведению – эксцентричный еврей армянского происхождения (или же наоборот – кто его там разберёт) по фамилии Шацев, Владимир Натанович.
И, вот, на четвёртом курсе он снова с нами, вместе с Историей русской литературы. По-прежнему много говорил о Набокове, что для меня, несомненно, плюс. По-прежнему говорил о произведениях «Дар» и «Другие берега». Что вы думаете?..
Лезу я в свои книги за собранием сочинений г-на Набокова в четырёх томах, которые с чистой совестью уволокла из Москвы в Питер в составе своей личной библиотеки. Открываю том четвёртый. Вижу «Другие берега». Заложенные на двух с половиной главах, притом, что я не помню ни черта. А всё равно забавно. Значит, тогда я-таки поддалась влиянию и начала читать.
И сейчас, я сижу, держу в руках эти советские чернющие тома (наверняка, у многих такие же точно пытаться на книжных полках), и думаю: «Надо бы заняться, и перечитать всего Набокова».
Ничего в этом мире не меняется. )
И, вот, на четвёртом курсе он снова с нами, вместе с Историей русской литературы. По-прежнему много говорил о Набокове, что для меня, несомненно, плюс. По-прежнему говорил о произведениях «Дар» и «Другие берега». Что вы думаете?..
Лезу я в свои книги за собранием сочинений г-на Набокова в четырёх томах, которые с чистой совестью уволокла из Москвы в Питер в составе своей личной библиотеки. Открываю том четвёртый. Вижу «Другие берега». Заложенные на двух с половиной главах, притом, что я не помню ни черта. А всё равно забавно. Значит, тогда я-таки поддалась влиянию и начала читать.
И сейчас, я сижу, держу в руках эти советские чернющие тома (наверняка, у многих такие же точно пытаться на книжных полках), и думаю: «Надо бы заняться, и перечитать всего Набокова».
Ничего в этом мире не меняется. )